Независимый сайт адвокатов Украины
«Чем честнее человек, тем менее он подозревает других в бесчестности; низкая душа предполагает всегда и самые низкие побуждения у благородных поступков» (Марк Туллий Цицерон)

[ 21 December 2012 | Просмотров 1367 ]

Валентин Загария:«Больше не будет адвокатов, которые могли бы сказать, что они якобы купили свое свидетельство»

19 декабря украинские адвокаты отмечают профессиональный праздник. А за месяц до этого они получили своеобразный подарок — впервые в истории на учредительном съезде состоялись выборы в органы адвокатского самоуправления, как и предусмотрено новым законом «Об адвокатуре и адвокатской деятельности». Будет ли появление Национальной ассоциации адвокатов и изменение правил игры на «поле защитников» способствовать обновлению профессии и консолидации ее представителей? Что происходило за кулисами съезда? Как будет обновляться адвокатура и чего ждать рядовым представителям профессии от нового руководства? Об этом в интервью «ЗиБ» рассказал председатель Высшей квалификационно-дисциплинарной комиссии адвокатуры Валентин ЗАГАРИЯ.

«В некоторых регионах работали коррупционные схемы»

— Валентин Николаевич, несмот­ря на разгоревшиеся вокруг учредительного съезда адвокатов споры и даже на проведение альтернативного мероприятия, съезд, состоявшийся в гостинице «Русь», все-таки был признан легитимным, и на нем удалось сформировать органы адвокатского самоуправления. Как бы вы прокомментировали события вокруг адвокатского форума и сам съезд? Можно ли назвать его удачным?

— Съезд состоялся, и это уже хорошо. Помните, накануне в интервью вашему изданию я говорил, что самое важное, чтобы съезд не закончился в судах. К сожалению, мои слова оказались пророческими. Почему так произошло? Видимо, мы еще далеки от европейской, мировой практики, когда люди умеют с достоинством принимать поражение. У нас же практически во всех сферах, где имеют место выборы, проигравшие до последнего не хотят признавать очевидное и зачастую ведут себя недостойно.

Скорее всего, для экс-председателя Высшей квалификационной комиссии адвокатуры Владимира Высоцкого еще до начала съезда было очевидно, что он проиграл и шансов, что его переизберут, нет. Он мог просто подсчитать количество делегатов, представляющих области, которые его поддерживают, и тех, кто против. Понять, какие регионы против В.Высоцкого, можно было даже по решениям, которые ВККА принимала еще до съезда (по поводу признания недействительными решений КДКА Донецкой, Харьковской, Киевской областей и т.д.).

Владимир Иванович утверждал, что его не пускали на съезд. Но на YouTube выложен ролик, на котором хорошо видно, как В.Высоцкого приглашают, а он отказывается. Так что, придя на съезд, он уже понимал: на честных выборах (где он не контролирует регистрацию делегатов, где не будет фальсификаций) он проигрывает. И его единственный шанс — ловить рыбу в мутной воде: провести непонятно где непонятно что, назвать это альтернативным съездом, а потом подогревать сепаратистские настроения, убеждая всех, что произошел «захват власти».

В.Высоцкий манипулирует людьми, подтасовывает факты. Например, он откуда-то насчитал более 419 делегатов — эта цифра упоминалась в «Віснику...», который раздавали накануне съезда на заседании ВККА. Но если от этого количества отнять 17 делегатов из Харькова, 7 из Закарпатья, избранных на так называемых альтернативных конференциях, а также 22 делегата из Днепропетровска (решение по днепропетровской конференции принял местный окружной административный суд, и оно подтверждено апелляционной инстанцией), то в результате мы получаем 373 делегата, фамилии которых и были включены в списки для регистрации. Поэтому у В.Высоцкого расчет был на искусственное увеличение количества делегатов.

Еще раз повторюсь, съезд прошел нормально. На нем присутствовали 217 делегатов — это абсолютное большинство от 373 делегатов, которые были уполномочены принимать участие в съезде. Более того, все решения принимались абсолютным большинством — не менее 200 голосов «за».

Подчеркиваю, состоялся всего один учредительный съезд, о проведении которого в гостинице «Русь» было официально объявлено заранее.  Кроме того, было некое сборище в каком-то кинотеатре, в котором, кстати, в этот день шли фильмы с символичными названиями— один, например, назывался «Измена».

— И все-таки проведение съезда продемонстрировало некий раскол в адвокатской среде. Если посмотреть более концептуально, есть у этой проблемы какие-то глубокие корни или же за ней не стоит ничего, кроме элементарной борьбы за власть?

— Мы можем проанализировать, кто, так сказать, остался за бортом. Не хочется кого-то обижать, но проигнорировали съезд по большей части регионы, где фактически очень мало бизнеса и реальной адвокатской деятельности, где адвокаты очень зависят от председателя КДКА, который на местном уровне — царь и бог. И ослушаться его, по сути, означает потерять хлеб насущный. Это не так актуально, например, в Киеве, Донецке, Харькове, где люди более независимы, где шире выбор работы, выше заработки. К сожалению, есть еще некая юридическая глубинка, где доминирует мнение, что адвокат — это человек, наделенный властью свыше представлять интересы в суде, и это лишает его конкурентоспособности на местном рынке. Если в столице люди могут самостоятельно принимать решения, то там адвокаты очень зависимы, а местная КДКА собирает их и объявляет: «Мы не идем туда по таким-то причинам». И это не информация к размышлению, это фактически приказ.

— То есть вы считаете, что это была позиция региональных КДКА, а не рядовых адвокатов?

— К сожалению, за В.Высоцким осталась старая адвокатская номенклатура — люди, которые возглавляли КДКА десятилетиями и которым, по-видимому, ничего, кроме должностей и возможности на них зарабатывать, не нужно.

Все об этом молчат, но давайте говорить честно: мы же знаем, что в некоторых регионах работали коррупционные схемы, когда за получение адвокатского свидетельства нужно было заплатить немалую сумму в условных единицах. Тарифы колебались от $3 тыс. до $7 тыс. Естественно, председатель КДКА в таких условиях чувствовал, что жизнь удалась и он ничего в ней менять не хочет. Принимая энное количество экзаменов и делясь с кем-то наверху, он практически местный царь и бог, который одаряет свидетельством и отбирает его. Налицо  хорошо спаянная цепь.

К сожалению, эти цепи не сломать в один день. Но если нужно будет выкорчевать эти схемы, мы это сделаем. Заверяю: мы будем работать так, что о коррупции никто больше не услышит, взяток в этой сфере не будет и свидетельства больше не будут продаваться. Наша цель — сделать этот процесс абсолютно прозрачным. При первом же сигнале о проведении аттестации за деньги сразу будет инициировано дисциплинарное производство, и впоследствии этим действиям будет дана оценка ВКДКА.

Мы хотим изменить правила игры. Ведь до чего дошла за последние годы адвокатура: представителей нашей профессии не уважают, бьют, адвокатские запросы выбрасывают в мусорное ведро. Об адвоката можно вытереть ноги, отобрать конфиденциальные документы, как, например, это произошло с нашим коллегой Евгением Щегловым. Звание «адвокат» перестало быть почетным. Куда падать ниже?  Что же в таком случае сделал В.Высоцкий, что адвокаты из некоторых регионов борются за него? Это прямая цепочка взаимозависимости…

«Мы должны научиться работать в рамках этого закона»

— Очевидно, что адвокатура после принятия нового закона и появления в своей структуре новых органов и лиц должна видоизмениться и реформироваться. Какой вы видите обновленную адвокатуру? В чем, по-вашему, принципиальное отличие адвокатуры, существовавшей в условиях старого закона, и той, которая появилась после вступления в силу нового?

— Я уже говорил, что мне очень нравится принцип демократического цент­рализма, по которому в новом законе выстроена система органов адвокатского самоуправления. Регионы сами формируют и советы и КДКА, и никто сверху — ни Совет адвокатов, ни ВКДКА — не может влиять на их решения. САУ вообще может только очень точечно вмешиваться в деятельность региональных советов, это прописано в законе.

Более того, представительные органы адвокатуры сформированы процентов на девяносто на региональных конференциях. При этом принципиально, что существует баланс — председатель и два заместителя как Совета адвокатов, так и ВКДКА избираются на общеукраинском съезде. Одним словом, система сдерживаний и противовесов выстроена так, чтобы распределение полномочий было адекватным и сбалансированным между регионами и центром. Работает принцип «от общего к частному»: от региональных органов самоуправления — конференций, советов — к центральным. Думаю, эта система предусмотрена законодателем для того, чтобы органы самоуправления были действительно сформированы честно и адекватно.

Единственный недочет — это небольшой дисбаланс, который заключается в том, что и регионы, в которых работают 5000 адвокатов, и регионы, в которых их всего 500, имеют одинаковое представительство во всеукраинских органах адвокатского самоуправления. 

— Вы собираетесь инициировать внесение каких-то изменений в закон по этому поводу?

— Давайте начнем работать. Я сторонник того, что хорошим закон во многом делает правильная практика его применения, а не то, как он написан на бумаге. Можно взять законы европейских стран, которые меняются раз в 30 лет, и это ничуть не умаляет их качество. А некоторые наши законы меняются очень часто — раз в полгода-год, но это не помогает им лучше работать. Поэтому давайте сначала сформируем какую-то практику, начнем договариваться и находить компромиссы вместо того, чтобы постоянно бегать в парламент по каждому пустяку. Это большое искушение, к которому мы привыкли. Но я не думаю, что это правильный путь. Мы должны научиться работать в рамках данного закона. Он сбалансированный, хорошо выписанный. Конечно, в чем-то неидеальный. Но идеальных законов не существует.

— Какие еще вопросы, помимо кадровых, решили на съезде? Удалось ли создать внутреннюю структуру НАА?

— Насколько мне известно, принятие базовых документов (устава, положений о САУ, ВКДКА, Высшей ревизионной комиссии, Правил адвокатской этики) больших разногласий в адвокатской среде не вызвало. Были редакционные, точечные правки, но они не разделили зал во время обсуждения на две части. В законе достаточно четко прописаны многие вещи, которые содержатся в положениях и уставе, они регламентированы императивно, и в плане девиации у нас был очень небольшой «люфт». Это во многом облегчило работу.

Думаю, если бы нам была дана очень большая диспозитивность на том этапе, когда мы впервые самоорганизовывались, съезд мог бы продолжаться и неделю. К сожалению, копья ломали только из-за кадровых вопросов, распределения должностей. Радикальные вопросы, вызвавшие споры, — избрание руководства органов самоуправления, прекращение полномочий В.Высоцкого в ВСЮ и избрание на его место Игоря Темкижева.

«Постараемся быть максимально прозрачными»

— Вы возглавили ВКДКА, которая раньше называлась ВККА. Помимо названия, что еще изменилось в этой организации?

— Что изменилось принципиально? Новый закон четко разграничил два основных адвокатских органа на общеукраинском уровне — это Совет адвокатов Украины, который имеет представительские и глобальные регуляторные функции, и ВКДКА, функции которой четко прописаны и сужены. Это даже приятно, потому что предыдущий состав ВККА занимался буквально всем и зачастую решал вопросы вне своей компетенции. Несмотря на то что у ВККА были те же права, что сейчас у ВКДКА, она временами брала на себя функции адвокатского самоуправления, чего не имела права делать. Почему-то руководство ВККА считало, что может распространять свое влияние на все сферы деятельности, созывало съезды, пыталось указывать парламенту, какой закон нужно принимать и т.д.

Сейчас ВКДКА будет заниматься иск­лючительно деятельностью, предусмотренной законом: пересматривать жалобы на действия местных КДКА и принимать по этому поводу решения. Мы работаем как вторая инстанция для тех жалобщиков, которые посчитали, что их требования не удовлетворили незаконно. Кроме того, мы обобщаем дисциплинарную и аттестационную практику. Поэтому спектр нашей деятельности достаточно узкий. Мы — структура внутри НАА, которая пытается контролировать соблюдение законности в отношении рассмотрения жалоб всех адвокатов.

Постараемся делать это крайне транспарентно, быть максимально понятными общественности. Например, готовы приглашать на свои заседания прессу.

Конечно, собираемся привнести и что-то новое. У меня все-таки есть 18-летний опыт работы управляющим партнером юридической фирмы, руководства общественной организацией. Есть позитивные вещи, которые можно привнести в работу ВКДКА, — больше динамики, энергии, европейские традиции. В том числе постараемся изменить имидж нашей адвокатуры. Думаю, все это вы увидите в ближайшее время.

— В какой атмосфере прошло первое заседание ВКДКА?

— В замечательной атмосфере! Несмотря на саботаж некоторых ее членов. Мы пока не принимали эпохальных решений. Только регламент ВКДКА, ведь как для государства конституция, так и для нас он — базовый документ, в котором прописаны все процедурные моменты. Мы его обсудили на предыдущем заседании, на котором не было кворума. Несколько членов ВКДКА приняли активное участие в обсуждении, было высказано много предложений, замечаний. В итоге регламент приняли единогласно.

К сожалению, есть проблема с некоторыми регионами. Их представители уже дважды не являлись на заседания ВКДКА, что позволяет говорить о некой системе. Дважды проигнорировали заседания представители Львова, Ровно, Волыни, Луганска, Одессы, Житомира, Сум, Запорожья, АРК Крым, Севастополя. Я понимаю, что эти люди, видимо, не хотят работать в ВКДКА. Возможно, это потребует каких-то решений. Потому что, если человек избран конференцией членом ВКДКА и систематически не является на ее заседания без уважительных причин, возникают вопросы. Во-первых — к конференции: а достойного ли представителя она избрала? Во-вторых, а не является ли это нарушением закона об адвокатуре в части неисполнения решений органов адвокатского самоуправления?

— Есть ли какие-то концептуальные отличия нового регламента ВКДКА от старого?

— Важная вещь, которую мы прописали в регламенте, — это возможность ВКДКА перенаправлять жалобы на членов региональных КДКА, советов, ревизионных комиссий в другую КДКА в случае, если об этом попросил председатель местной дисциплинарной палаты или сам жалобщик, равно как и лицо, на которое подана жалоба, если он является членом местного органа адвокатского самоуправления. Это сделано для того, чтобы избежать предвзятого рассмотрения жалобы. В таком случае она может быть перенаправлена в другую КДКА, которая не связана какими-то отношениями с данным человеком. Точно так же жалоба может рассматриваться другой КДКА, если дисциплинарная палата принимает решение о самоотводе или отводе большинства ее членов. Здесь речь идет о том, чтобы избежать предвзятости и конфликта интересов при рассмотрении жалоб на действия лиц, которые являются членами местных советов адвокатов, КДКА и ревизионных комиссий. Эта новелла может быть интересна.

— Будет ли ВКДКА повышать требования к желающим получить право на занятие адвокатской деятельностью?

— Это не совсем компетенция ВКДКА. Потому что закон четко очерчивает круг наших обязанностей. Единственное, мы можем обобщать практику решений об аттестации. Думаю, что требования, прописанные в законе, вполне адекватны. Вопрос уровня компетенции решают местные комиссии. Мы можем вмешиваться только тогда, когда имела место субъективность или предвзятость при рассмотрении документов человека, желающего стать адвокатом.

Речь совершенно не идет об усилении контроля или ужесточении требований к претендентам. Мы только хотим, чтобы процедура была прозрачной, открытой, чтобы не было лоббирования или коррупционных схем.

Хороший пример в этом отношении — ВККС. Сейчас много говорят о том, что там проходит все транспарентно, нет «серых» схем, непонятных звонков, лоббирования. К сожалению, про адвокатов такого сказать пока нельзя. Мы бы хотели, чтобы аттестация адвокатов проходила на «крайне прозрачном» уровне. Чтобы все было красиво, независимо, чтобы даже мысль, что кто-то незаслуженно стал адвокатом, не могла прийти кому-то в голову. Надеюсь, что адвокатов, которые могли бы сказать, что они якобы купили свое свидетельство, больше не будет.

— А что будет с теми, кто, помимо адвокатского свидетельства, имеет и другие удостоверения? Как будете поступать с «совместителями»?

— На самом деле закон четко говорит о том, что совместительство недопустимо. Есть перечень должностей, указанных в ст.1 закона «Об основах предотвращения и противодействия коррупции». Конечно, все эти люди должны подать заявление о приостановлении действия адвокатского свидетельства.

— А если они не подадут такое заявление?

— Это дисциплинарное нарушение. Если закон предписывает, что нельзя сидеть на двух стульях, человек должен эти требования соблюдать. Закон предусматривает за подобное нарушение санкции — от приостановления права на занятие адвокатской деятельностью до лишения права на ее осуществление.

Обращаю внимание на то, что все адвокаты, которые сейчас незаконно являются совместителями, должны направить соответствующие уведомления в региональные советы адвокатов. Мы хотим, чтобы соблюдалась законность. Да, мы будем требовать, чтобы адвокатов уважали, но еще больше будем заботиться о чистоте мундира. Ведь нельзя претендовать на то, чтобы к тебе относились уважительно, и в то же время нарушать закон.

— Вы говорили, что на первом заседании ВКДКА не было кворума, то же самое произошло и на заседании Совета адвокатов…

— Насколько я знаю, совет собирался 30 ноября, но не было кворума. Теперь планируется провести очередное заседание в ближайшее время. К тому же было несколько резонансных исков со стороны В.Высоцкого. Видимо, лучше, чтобы они были рассмотрены, поскольку такие попытки дестабилизировать работу адвокатских органов создают легкую «турбулентность». Я, как член НАА, понимаю, что САУ в первую очередь должен принять положения о региональных советах и КДКА. Без этого они не могут заработать. К сожалению, саботаж некоторых членов САУ приводит к тому, что адвокатские органы не могут начать полноценно работать. Видимо, для кого-то борьба за собственную должность важнее, чем интересы адвокатов.

— Ситуация выглядит патовой. Есть ли из нее выход?

— Ситуация останется патовой до того момента, пока работа совета не будет разблокирована, пока кто-то не умерит свои амбиции. Можно было собраться, чтобы хотя бы утвердить эти ключевые положения и дать возможность советам и КДКА начать работу.

Видимо, некоторые адвокаты ждут решений суда по поданным В.Высоцким искам. Кто-то слушает риторику по поводу того, что прошли якобы два съезда. Есть люди, которые манипулируют адвокатами (из-за отсутствия у последних информации). Возможно, когда пройдут новогодние праздники, суды скажут свое слово, и тогда, надеюсь, многое прояснится, в частности и в умах некоторых людей.

«Нынешний статус адвоката ничтожен»

— Приняли ли вы уже дела от своего предшественника? Что можете сказать о состоянии дел в ВККА? На съезде многих интересовала финансовая отчетность организации, то, как ее руководство распоряжалось средствами…

— Я не знаю, как обстоят дела, потому что председатель ВККА не передал никаких документов, касающихся ее финансово-хозяйственной деятельности. Поэтому с тем, что происходило в организации в период до съезда, пусть разбирается новоизбранная ревизионная комиссия. Как вы знаете, недавно В.Высоцкий подал иск о признании регистрации ВКДКА недействительной. Фактически он находится в активной оппозиции и не желает передавать никакие документы. Поэтому мы начинаем работать с чистого листа, не имея отчислений ни от ассоциации, ни от прежней ВККА.

— В чем, по-вашему, заключаются главные просчеты в работе пре­ды­дущего руководства ВККА? Были ли какие-то достижения?

— Полагаю, что все хорошее было воспринято, все плохое — уже озвучено. Думаю, я не тот человек, который должен критиковать предыдущий состав ВККА. Грустно осознавать, в каком состоянии сейчас находится адвокатура. Это, наверное, самое большое упущение ВККА. Увы, мундир адвоката не уважаем, нынешний статус адвоката ничтожен (не побоюсь этого слова), он несопоставим ни со статусом судьи, ни со статусом прокурора. В любом нормальном государстве и полицейский, и судья, и прокурор с большим уважением относятся к адвокату.

На YouTube можно увидеть записи, на которых зафиксировано избиение адвоката Карпенко сотрудниками УБЭПа, изъятие адвокатского досье Щеглова сотрудниками СБУ. Последовала на это какая-то реакция? Никакой. Были ли возбуждены уголовные дела, кого-то наказали, сняли с должности? Нет. При этом все счастливы, созывают какие-то «курултаи», занимаются фанфаронст-вом.

Думаю, что в таком положении вещей виновато в том числе и бывшее руководство ВККА, потому что до недавнего времени именно оно представляло всю адвокатуру перед органами государственной власти. Да, декларировалось стремление объединить адвокатуру, но реального желания это сделать не было. Некоторые представители ВККА действовали по принципу «разделяй и властвуй». Показательно, что адвокатура консолидировалась как раз в борьбе против В.Высоцкого.

Обратите внимание на состав органов, избранных на съезде. Есть два представителя Ассоциации юристов Украины, два — Ассоциации адвокатов Украины, председатель НАА — представитель Союза адвокатов Украины, и есть представитель Союза юристов Украины. В истории нашей страны это первый случай, когда все влиятельные общественные организации юристов, существующие в Украине, объединились.

— Новые лица в адвокатуре смогут изменить ситуацию?

— Конечно, ведь налицо объединение, а не разъединение адвокатуры. Как говорил персонаж булгаковского «Собачьего сердца», «разруха в головах». Так и тут: разъединение — только в чьем-то воспаленном, больном воображении. Многие люди в регионах просто не знают, как реально обстоят дела, и полагаются на мнение определенных людей, которые их дезинформируют.

«Адвокатура должна быть аполитичной»

— Согласны ли вы с мнением одного из своих коллег, что адвокатура всегда должна быть в оппозиции к власти, или же считаете, что она должна находить с властью компромисс?

— В первую очередь адвокатура должна быть аполитичной. Интересы клиента всегда доминируют, это азы адвокатской этики, и для нас это абсолютный императив. Как можно говорить о политике? Есть клиент, и я обязан его защищать вне зависимости от его политической «окраски». Адвокатура не должна заниматься политикой.

Но органы адвокатского самоуправления должны адекватно коммуницировать с высшими органами государственной власти. Если представительные органы, такие как Совет адвокатов Украины, не умеют находить общий язык с политическим истеблишментом — это фактически декаданс адвокатуры. Если мы не можем должным образом представлять интересы адвокатуры на общегосударственном уровне, на уровне лоббирования законов, защиты профессиональных интересов, то грош нам цена.

Тут два ключевых момента: адвокат должен думать в первую очередь о клиенте, а не о политике, и адвокату должно быть все равно, к какой партии тот принадлежит. А представительные органы, в первую очередь САУ, должны на высшем уровне доносить до власти, что нужно адвокатуре, что ее волнует, в чем ее проблемы. Тогда адвокатура будет сильной, тогда мы будем на равных общаться со всеми госорганами, а прокуратура и суд начнут с уважением к нам относиться. Спасибо новому УПК, который ввел принцип состязательности и усилил процессуальные права адвоката. Предпосылки для усиления позиций адвокатуры есть, осталось их просто реализовать. Это тот единый комплекс мер, который изменит положение вещей.

— УПК уже вступил в силу, и вы, как адвокат, можете дать ему предварительную оценку. Что из того, что прогнозировалось, оправдалось, стало ли адвокатам легче работать? 

— Для того чтобы что-нибудь качественно изменилось, должно пройти какое-то время. Не может быть, чтобы все было плохо и вдруг в одну секунду, по мановению волшебной палочки, стало хорошо. Естественно, будут какие-то трудности — это сложности и с применением закона, и с использованием новых инструментов. В законе очень много революционных новелл. Я не стал бы сейчас давать оценки. Очень надеюсь, что эти перемены — к лучшему. Судя по тому, как это было задекларировано, судя по оценкам экспертов Совета Европы, Венецианской комиссии, в новом УПК много позитива. 

— Адвокаты вашей фирмы уже наверняка сталкивались на практике с применением нового УПК. Что они говорят?

— От своих коллег я слышал больше позитива. Например, по поводу процедуры применения мер пресечения. Теперь любое решение о применении санкции выносит следственный судья. Прокурор только ходатайствует о применении меры пресечения. Фактически мы уравнены в правах. Если раньше прокурор мог что-то потребовать, то сейчас ему нужно прийти в суд, подать ходатайство, обосновать необходимость применения именно этой меры пресечения. А адвокат обосновывает свою позицию. Мы видим реальную состязательность. Нет больше  процесса, в котором одна сторона доминирует априори.

Это касается и выемки, и многих других следственных действий, кото­рые раньше просто проводились право­охранительными органами. То, что следствие ушло в суд — это тоже огромный плюс.

— В преддверии профессионального праздника последний вопрос: что бы вы пожелали коллегам в новом году? Каким он будет для них?

— Этот год станет для украинских адвокатов революционным. Впервые в истории Украины адвокатура получила органы самоуправления, и, думаю, они должны изменить всю адвокатуру к лучшему. Знаковые перемены происходят в сфере уголовного процесса. Думаю, мы на пороге больших перемен — будем на­деяться, перемен к лучшему.

Как бы патетично это ни звучало, но новейшая история адвокатуры пишется сейчас, и каждый из 37000 адвокатов Украины участвует в ее написании. Какой она будет — зависит от каждого из нас.

Хочу пожелать своим коллегам активности, смелости и мудрости в написании этой истории, сил и понимания происходящих перемен, готовности их принять.

http://zib.com.ua/ru/13246-glava_vkdka_vzagariya_bolshe_ne_budet_advokatov_kotorie_mogl.html



Хуй моржовый тебе коллега 23 февр. 2014 в 22:55 #
Мудоград.
Загария - прохвост. Но не юрист.

Добавить комментарий